География Ветхого завета
«II книга Царств»: иерусалимские тайны.
Сегодняшний Иерусалим — это мегаполис, население которого превышает 700 тысяч жителей, а площадь соответствует «миллионнику». Весь город можно условно поделить на три части: Новый, Старый и Древний. С первыми двумя все понятно: Старый город находится внутри стен, построенных в 1536—1543 годах османским султаном Сулейманом Великолепным, Новый — за их пределами. Сложнее дело обстоит с древним, библейским Иерусалимом, находящимся в основном на территории Нового города, но скрытым под землей. После первого разрушения в 586 году до н. э. он был полностью восстановлен. Но потом его дважды разрушали римляне: в 70 году н. э. в ходе Иудейской войны и, уже окончательно, в 135 году после подавления восстания Бар-Кохбы. Место, где стоял Иерусалим, перепахали и накрыли «могильной плитой» — построили римскую колонию Элию Капитолину.
Прежнее название, Иерусалим, городу вернули после утверждения христианства в Риме при императоре Константине Великом (306—337). С этого момента, строя на местах евангельских событий церкви, византийцы фактически создавали свой «библейский» город, тогда как остатки ветхозаветных зданий покоились под каменными мостовыми. Только в 1860-х годах возник интерес к самому древнему Иерусалиму. Тогда же английские археологи провели первые раскопки и обнаружили подземные туннели, арки, лестницы, массивные стены. Следующий этап интенсивных исследований пришелся на период строительства нового Еврейского квартала Старого города после Шестидневной войны июня 1967 года. Третий серьезный этап раскопок происходит на наших глазах.
Пока еще нельзя сказать, что Древний город полностью вскрыт, но сдвиги налицо. В районе Западной Стены (она же Стена Плача) существуют три археологических заповедника и идет подготовка четвертого. Самый известный из них — «Туннель Западной Стены». Он начинается на площади у Стены Плача и идет вдоль западной стены Храмовой горы под Мусульманским кварталом до Первой станции Виа-Долороза (Дороги скорби). Второй заповедник называется «Офель» («Верхний город»), располагается он у Храмовой горы. В обоих почти все относится к эпохе Ирода Великого (37— 4 годы до н. э.) — это остатки Иерусалима евангельских времен. Настоящие же ветхозаветные древности можно увидеть только в третьем, самом молодом из археологических парков, целиком расположенном вне городской стены — Городе Давида. Туда и лежит наш путь, а путеводителем нам послужат 8—12 стихи 5-й главы II книги Царств.
Мы стоим над ущельем Кедрон. На его крутом склоне отчетливо видны остатки стен, существовавших в разные эпохи. Самую нижнюю археологи считают относящейся к Иевусу — так называли со времен Иисуса Навина до царя Давида Иерусалим, последний оплот ханаанского народа иевусеев, который не смог взять Иисус Навин.
«И пошел царь (Давид) и люди его на Иерусалим против иевусеев, жителей той страны» (II книга Царств, 5:6). Они должны были идти по дну ущелья Кедрон, ибо только так можно было добраться до единственных тогда ворот города, расположенных у источника Гихона, снабжавшего город водой. При этом атакующие снизу имеют шанс на победу только в случае полной внезапности. Но остаться незамеченными иудеям не удалось — еще издали иевусеи встретили их криками. «Они говорили Давиду — ты не войдешь сюда, тебя отгонят хромые и слепые» (II книга Царств, 5:6).
Интересное дело. Обычно все нормальные народы хвалятся перед врагом своей силой и храбростью, а иевусеи как бы прячутся за спину тех, кто в принципе не способен воевать! Однако традиция усматривает в этих словах намек на то, что на самом деле Иевус защищало… заклятие. Иначе как объяснить тот факт, что в течение всей эпохи Судей (150—200 лет) евреи ни разу не пытались даже приблизиться к вражескому городу, расположенному в самом сердце их национальной вотчины, между наделами воинственных колен Иуды и Вениамина? И только Давиду, ведомому самим Всевышним, было суждено обойти заклятие.

Раскопки в заповеднике «Город Давида». Внизу — массивные каменные укрепления города Иевуса, который царь Давид захватил и переименовал в Иерусалим. Слева — спуск к Гихону, главному источнику воды древнего города.
На первом этапе штурма «Давид взял крепость Сион» (II книга Царств, 5:7) — он же город Давидов. Существенная деталь: Сион он уже занял, а собственно Иевус еще нет. Значит, речь идет о каком-то форпосте, обладающем относительной самостоятельностью. Это очень важное место — там на первых порах будет жить царь Давид и храниться Ковчег Завета, пока его не заберет в свой Храм царь Соломон, сын Давида. Тогда произойдет странная вещь: слово «Сион» «приклеится» к Ковчегу, переместится с ним на Храмовую гору, превратится в символ Храма и самого Иерусалима. Пророки будут Иерусалим называть «дочерью Сиона» (слово «город» в иврите имеет женский род). Наконец, в конце XIX века Сион станет синонимом понятий Земля обетованная, Страна Израиля. Тем интереснее определить место, которое первоначально называлось этим словом. Израильский историк и археолог Габриэль Баркаи убежден, что Сион находился на небольшой плоской площадке в самом низком месте холма, над знаменитым бассейном Силоам (где впоследствии исцелит слепого Иисус) — географически это идеальное место для первого бастиона крепости.
Не менее интересная интрига связана с поиском царского дворца. «И поселился Давид в крепости [Сион] и назвал ее городом Давидовым и обстроил вокруг от Милло и внутри» (II книга Царств, 5:9).
Из этой фразы следует, что дворец должен быть где-то недалеко от крепости и от Милло. С Милло все более-менее понятно. Это слово означает засыпанную ложбину. Единственный «кандидат» на нее — низинка, которая соединяла Кедрон с параллельным ему безымянным оврагом и служила северной границей города. За ней начинался склон следующей горы, о которой впоследствии выяснится, что она и есть Страна Мориа из книги Бытие. Когда там царь Соломон построит Храм, в Милло он возведет свой новый дворец. Это место находится в районе современного шоссе, в верхней части древнего холма. А значит, и Сион должен находиться где-то по соседству, что разрушает версию Баркаи. Действительно, раскопки вблизи Милло вскрыли нагромождение каменных стен различной толщины и несколько небольших вырубленных бассейнов. Основное внимание привлекает толстая стена, сложенная из крупных грубых камней, начинающаяся прямо от скалы.
— Можем ли мы сегодня сказать: то, что вы здесь раскопали, принадлежало дворцу Давида? — спросил я Нисима, одного из археологов. Он выглядел как настоящий библейский мудрец — в простой одежде, с огромной бородой и широкими плечами, невысокий и плотный, словно вросший в землю.
— Возможно. По крайней мере так говорит Эйлат Мазар, заведующая раскопками. Но многие возражают, пытаются «отодвинуть» эту стену лет на 200 позже. Знаешь, наверное, о бесконечных войнах, которые идут в израильской археологии? — улыбнулся Нисим.
— И все-таки какие-нибудь аргументы у вас есть? Из чего-то ведь исходила Мазар? — в подобных случаях остановить меня не так-то легко.
— Мы нашли несколько булл (оттисков печатей) с финикийскими именами, а также «протоэлийские» капители — это тоже следы работы финикийцев.
Почему это аргументы в пользу дворца Давида? Ответ — в той же Библии: «И прислал Хирам, царь Тирский, послов к Давиду, и кедровые деревья и плотников и каменщиков, и они построили дом Давиду» (II Книга царств, 5:11).
— Если это дворец Давида, то любой из этих бассейнов может оказаться тем самым, где купалась Вирсавия, когда с крыши ее впервые увидел и полюбил царь Давид? — предположил Саша. — Трудно сказать. Они выглядят более поздними, возможно, даже византийскими, — сказал Нисим и пошел к окликнувшим его рабочим.

С Масличной горой в Иерусалиме издавна связывались представления о приходе Машиаха.
Кроме предполагаемого дворца царя Давида, в заповеднике есть еще одно впечатляющее место, позволяющее ощутить всю материальность Библии, — туннель царя Езекии (701 год до н. э.). Надеясь на поддержку Вавилона и Египта, он попытался сбросить ассирийское иго. В ответ на Иудею двинулась огромная карательная армия царя Синахериба. Нужно было всерьез позаботиться о системе обороны столицы. Самым слабым ее звеном был источник Гихон, расположенный за пределами стен. Тогда от родника к бассейну Силоам, находившемуся внутри города, был прорублен туннель. Его строительство — целая эпопея: две группы проходчиков двигались навстречу друг другу и, прописав под землей странную траекторию, встретились!
Сегодня прогулка по этому туннелю — гвоздь программы посещения Города Давида. По нему течет вода, ее средняя глубина, за исключением одного места, не выше колена. Там совершенно нет света, и нужно брать с собой фонари. Проход его, 533 метра, обычно занимает минут сорок — достаточно для того, чтобы почувствовать и приступ клаустрофобии, и восхищение трудолюбием древних иудеев, и достоверность библейского рассказа.
Наше путешествие по Стране Библии происходило в двух координатах. Если в пространстве мы проехали несколько сот километров, то во времени переместились без малого на целое тысячелетие. Мы начали свой путь по Земле обетованной вместе с первыми патриархами, а завершили с царем Давидом в его новой столице, Иерусалиме. Разрозненные, казалось бы, события Священного Писания оказались эпизодами многотомной эпопеи. Сначала освящение патриархами некоей страны, потом долгое возвращение в нее их потомков, завоевание, раздел, создание государства и, наконец, обретение его столицы. Главная внутренняя пружина долгого запутанного сюжета — диалог сначала человека, а потом и народа с Богом, Творцом всего сущего.
«Весь Израиль придет явиться перед лице Господа Бога твоего на место, которое изберет [Господь]…» (Второзаконие, 31:11). Эти слова Моисея звучат как внутреннее пророчество, сбывающееся в тексте: есть особый пункт, который укажет Всевышний. Обретение Иерусалима завершает собой весь цикл: вот оно, это предопределенное место! С этого момента начинается новый виток спирали, в которой действует та же движущая сила, диалог человека и народа с Богом, но уже на ином уровне. Этот цикл завершит появление Иисуса Христа, после чего начнется еще один цикл извечного диалога.
Библия не имеет последнего эпизода, его заменяют предсказания пророков. Они как бы «перепрыгивают» через всю последующую историю, включая и нашу эпоху, и дают картину будущего не только ее персонажей, но и нас с вами. Называйте ее как хотите — Страшный суд или День Господень — важно, что пророки рисуют ее в Иерусалиме, в том самом городе, куда мы вошли вслед за царем Давидом, где началось — и закончилось наше путешествие.









Комментариев пока нет
Вы должны быть зарегистрированы чтобы оставить новый комментарий