Дневник “Идущего к Цели”

Генри Форд, король всея Америки

Весной 1934 года автомобильный магнат Генри Форд получил письмо. Автор выражал свое восхищение последней моделью V-8. Подобная корреспонденция приходила мешками, но это послание было особенным, потому что автором его являлся знаменитый Клайд Барроу. За ним и его спутницей Бонни Паркер вот уже два года безуспешно гонялись все полицейские южных штатов. Гангстер благодарил мистера Форда за столь удачный автомобиль и обещал и впредь угонять машины только его марки. Форд поспешил предать письмо Клайда огласке.Он был очень честолюбив. А честолюбие — верный спутник королей.

Клайд и Бонни сделали Форду грандиозную рекламу. Клайд исправно угонял «форды». Особенно любил он модель «Песчаная пустыня» за отменное качество стальной обшивки. Открытые дверцы становились щитами, из-за которых удобно вести огонь. Даже романтическая гибель бандитской парочки сыграла на руку Форду — Бонни и Клайд были застрелены полицией в автомобиле его марки. Фото изрешеченного пулями коричневого «Форда» появилось во всех газетах Америки.

Когда-то, в далеком 1847 году, отправился через океан в неведомую Америку его дед Джон Форд. У семейства, ютившегося в продуваемой ветрами тесной деревянной каюте, не было на далеком континенте ничего — ни дома, ни земли, ни близких людей. Берега родной Ирландии пропали в тумане. Переселенцы могли рассчитывать отныне лишь на себя. Джон Форд вполне мог подписаться под изречением своего внука Генри: «Не бойся будущего и не относись с почтением к прошлому. Неудачи лишь дают повод начать снова и более умно». Уильям Форд, сын старого Джона, уже твердо, обеими ногами стоял на американской земле. Он был уверенным в завтрашнем дне владельцем большой фермы в штате Мичиган. Родившийся 30 июля 1863 года сын Генри стал его первенцем. С отцовской фермы и начался путь Форда к автомобильному трону. Отец был недоволен им, считая лентяем и неженкой, — сын вел себя как принц, волею судьбы очутившийся на ферме в штате Мичиган. Что сказал бы Джон Форд при виде такого нерадивого потомка? Все, что ему велели, Генри делал с неохотой: кормил кур, доил коров. И тех, и других он ненавидел до самой смерти и терпеть не мог молока. «Уже в ранней юности я думал, что многое можно делать иначе — каким-нибудь другим способом». Например, он, Генри, каждое утро должен взбираться по крутой лестнице, неся ведра с водой. Зачем делать это каждый день, если можно всего-навсего проложить под землей два метра водопроводных труб? Отец точки зрения сына не разделял. Усовершенствования? Они только для лентяев — если ты честно, в полную силу, работаешь, тебе они не понадобятся. Генри больше любил мать, чем отца. Поглощенная заботой о домашнем хозяйстве и своих шести отпрысках, она находила время почитать на ночь книгу своему старшему, поговорить с ним по душам. Мать на всю жизнь осталась для Форда эталоном женщины.

Пройдет немало лет, и новоиспеченный президент «Форд Мотор Компани» прежде всего введет на своем заводе такое правило — женщин на работу нанимать только в крайнем случае. Дело женщины — это дом, семья. Если же принятые в компанию в виде исключения девушки выходили замуж, им сразу отказывали в работе. Во многих отношениях Форд был сыном своих консервативных родителей-протестантов. Однажды он даже ополчился на чарльстон. Это же неприлично — так дрыгать ногами. То ли дело старинные сельские танцы его юности.